olgaw (olgaw) wrote,
olgaw
olgaw

Category:

Философская ошибка с отдаленными последствиями

Когда-то давным давно, на заре философского мышления, два гениальных философа совершили одну и ту же ошибку. Они трехчастную реальность (сознающий субъект, материя, информация) представили как двухчастную . Справедливости ради следует заметить, что обвинять в этом философов никак невозможно, любой из нас, живи он в то время, в лучшем случае совершил бы эту же ошибку, а скорее всего не был бы философом вообще, а тем более гениальным. Так что ошибку двух гениальных философов следует также признать гениальной.
И хотя ошибка была по сути одна, но так как философов было двое, ошибка предстала в двух вариантах. Философ Платон отнес к одной группе Бога и информацию, обозвав их идеями, а философ Аристотель отнес к одной группе человека и материю, обозвав их сущностями. То есть субъект – в первом случае попал в одну группу с информацией, во втором – с материей.

христианские богословы использовали философию двух гениальных философов, включив в богословие и две гениальные их ошибки. И соответственно этим двум ошибкам получились два варианта христианского богословия – западное, под влиянием гениального Аристотеля, и восточное, под влиянием гениального Платона. И надо сказать, что в то время, когда жили эти богословы, они и не могли богословствовать иначе, и мы бы в то время совершили точно эту же ошибку, если бы занимались богословием, а скорее всего мы бы им просто и не занимались вовсе, так что и богословов на заре христианства следует признать гениальными богословами, и ошибку их – гениальной ошибкой.
Но прошло время, и ошибка эта, просуществовав около 2000 тысяч лет, дожила и до наших дней, что уже вряд ли можно считать признаком гениальности, и вот я читаю сейчас замечательное произведение действительно замечательного современного богослова, с завидной точностью тем не менее репродуцирующего ту же самую гениальную на заре философского мышления, но уже странную в наши дни ошибку.

Необходимо подчеркнуть различие между апофатизмом сущности, представленным западной схоластикой, и апофатизмом личности, характерным для христианской мысли греческого Востока. Это различие отражает не просто разницу в методологии, но непримиримое противоречие на гносеологическом и онтологическом уровнях. Апофатизм сущности означает, что в познании сущего мы отправляемся от индивидуальной мыслительной способности, а значит познаем все существующие вещи как завершенные субстанции, определенные дефиницией своей, данной, сущности, как мы ее понимаем. Если же эта сущность нетварна, сверхприродна, то мы признаем, что знаем о ее существовании, но не знаем, какова она в действительности. Такую позицию мы называем апофатической.
Апофатизм личности означает следующее: мы исходим из того факта, что наше существование и обретенное нами знание (способ бытия и способ познания) суть динамичные события отношений. Причем отношение не исчерпывается констатациями ума, но представляет собой универсальное экзестенциальное событие , обретающее многогранность во множестве способностей восприятия, а именно: в способностях ощущения, критики, анализа, синтеза, воображения, эмоционального переживания, интуиции, предвидения и др. Никакое интеллектуальное определение (знаковое или словесное) не в состоянии исчерпать знание, обретаемое нами из непосредственного отношения. Значит, и логическое определение сущности (как общая дефиниция единовидных субстанций) не предшествует инаковости каждого сущего, как мы познаем ее в непосредственном отношении, а следует за ней. Таким образом, если Бог – тоже сущее, Он познается прежде всего как сущее в непосредственном отношении, а не как сущность, схваченная в рассудочной дефиниции. Никакое слово не в состоянии заменить или исчерпать непосредственное познание через отношение ( и особенно, когда мы имеем дело с личностью: ведь ее инаковость не только феноменологическая; она заключается в свободном определении самим субъектом своего способа существования). Поэтому мы и говорим об апофатическом характере всякого определения, приписываемого личностной инаковости Бога.
Христос Яннарас. Хайдеггер и Ареопагит, или об отсутствии и непознаваемости Бога

Итак Яннарас, как представитель восточного (отплатоновского) богословия благополучно избегает ошибки богословия западного. Возможность познания Бога разумом есть догмат западной церкви. Но Бог есть Сознающий Субъект, Бог не есть материя, и разум с равным успехом может как признавать существование Бога, так и отрицать Его существование, разум не может быть судьей в этом вопросе, и когда разуму были даны полномочия судии, он стал как раз отрицать существование Бога, и именно это считает Яннарас причиной кризиса христианства на западе. Разум, наделенный правами судии, начал отрицать существование Бога.

Именно в силу того, что европейская метафизика предлагает абсолютизировано, рационалистически принять Бога, она приготовляет и возможность рационалистически отрицать его. «Смерть Бога» есть итог почти тысячелетнего исторического развития этого абсолютизированного и обоюдоострого рационализма в пространстве западноевропейской цивилизации
Христос Яннарас. Хайдеггер и Ареопагит, или об отсутствии и непознаваемости Бога

На востоке же с самого начала было понятно – Бог познается не разумом, а жизнью, вхождением с Ним в живые непосредственные отношения, кстати как и человек, для познания которого надо не прочесть его «дефиницию», а «пуд соли с ним съесть», и то потом окажется что еще недостаточно. Иначе говоря, разум для познания субъектов имеет вспомогательную роль, субъекты познают один другого вступая в непосредственные отношения.

Убеждение в том, что можно получить достоверное знание о сверхчувственном с помощью силлогического метода, является иллюзией. Метафизика есть наука о пределах человеческой логики. ЕЕ пространство определяется, с одной стороны, данными опыта, а с другой – априорными синтетическими суждениями. Объекты опыта мы познаем только как явления (феномены), а не в их истинной сущности, так же как и априорные синтетические суждения мы познаем только как логические возможности (ноумены), а не как действительности. Критическая работа чистого разума по обозначению границ между феноменальными и ноуменальными истинами и по систематизации внутри этих границ взаимных отношений между априорными суждениями и опытными данными – эта работа и есть метафизика.
Христос Яннарас. Хайдеггер и Ареопагит, или об отсутствии и непознаваемости Бога

Для апофатизма семантика знания (интеллектуальные обозначения – утвердительные, отрицательные и причинные) служат всего лишь динамичным отправным пунктом для реализации опытного отношения к обозначаемой действительности. Говоря об опытном отношении, мы подразумеваем присущую человеческому субъекту способность познавать действительность с помощью универсальной способности схватывания, то есть познавать ее через взаимодействие большого количества факторов, обуславливающих факт познания (например, ощущения, мышления, суждения, воображения, абстрагирования, редукции, , эмоций, эмоциональной и интеллектуальной интуиции и т.д.).
Христос Яннарас. Хайдеггер и Ареопагит, или об отсутствии и непознаваемости Бога

В соответствии с восточным пониманием Яннарас разворачивает перед нами удивительную картину нашего мироздания, которое есть не материальный космос с находящимися в нем субъектами, а мироздание субъектов, взаимодействующих друг с другом в пространстве, метрика которого определяется близостью взаимодействия, а сотворенный материальный космос есть инструмент этого взаимодействия, с помощью которого субъекты общаются друг с другом

Сущность существования, то есть Бытие, не исчерпывается ни обозначением онтической явленности, ни бессознательным схватыванием ничтожения онтичности через отсутствие. Она есть способ бытия существующего, то есть личностное при-сутствие или от-сутствие , непротяженная непосредственная близость в беспредельных пределах личного отношения. Именно эта не-протяженная, (разве что условно-протяженная и условно-измеримая) непосредственная близость личного отношения и есть пространство. Пространство мира не подлежит измерению (кроме как условно- количественной мерой отстояния ); напротив, оно само служит мерой экстатического отношения, осознаваясь как личностное «напротив». Подлинным основанием для осмысления пространства служит опыт динамичной «безместности» личности».
Христос Яннарас. Личность и Эрос

Пространство Бытия скрывается за пространством личного присутствия Бога и личного присутствия человека, отождествляется с динамичным фактом этого личного отношения. Если прибегнуть к феноменологической терминологии, то можно сказать, что «горизон» проявления (человеческая личность) и феномены (создания божественной Энергии) суть два члена отношения, в границах которой выражается онтологическая проблема. Всякое бытие (реальность сущего и совокупность всего происходящего в пределах реальности) вмещается в единовидность события личного отношения, связывающего Бога и человека. Сущее – это «вещи», творения божественной энергии, являющие личное божественное Присутствие. Они образуют формы и структуры красоты, то есть космос – упорядоченное, благоустроенное целое, эротический призыв Бога к личному отношению. И вся совокупность событий космического и исторического становления есть стремление к принятию, или, наоборот, отвержению этого личного призыва к общению тварного с нетварным: экзестенциальное событие личной свободы в его реальных космических измерениях.
Христос Яннарас. Личность и Эрос.

Но от Аристотеля идущая богословская ошибка на Западе неожиданно обернулась невиданной удачей. Ведь субъект также принадлежит к сущим, и стало быть может познаваться разумом наряду с материальными объектами, и вот богословы, стараясь познавать разумом Субъект, заодно начинают познавать разумом и Его творение, в том числе и материальное творение, материальный космос. Но разум, который есть второстепенный инструмент в вопросе богопознания, тем не менее есть первостепенный инструмент в вопросе познания материальной части реальности. И вот в силу счастливой гениальной ошибки на Западе возникает то, что сейчас называется феноменом развития современной науки, и как следствие ее детище – НТП, неузнаваемым образом за какие-то 300 - 400 лет изменивший всю жизнь всего человечества на планете людей.

В то же время на востоке мистики-аскеты, вступая в непосредственное взаимодействие с Богом, развивают уникальное богословие, они излагают основные догматы, которые без каких либо изменений могут быть приняты и в наши дни, замечательно объясняя все, что в наши дни собственно и происходит.

Но верное понимание взаимодействия субъектов оборачивается неожиданной ошибкой. От Платона идущее отождествление Субъекта с информацией приводит к некому фантастическому представлению, что достаточно вступить во взаимодействие с Субъектом, и нам чудесным, мистическим способом откроется суть всего материального творения, его устройства и более того, мы получим сверхъестественный способ непосредственного воздействия на это творение, минуя способы естественные. Этакая богословская фантазия, не имеющая никакого подтверждения в наблюдаемой реальности. И потому, при развитии на востоке уникального в своем соответствии раскрывающейся реальности богословия наука на востоке не развивается, от мистических созерцаний мистики получают информацию о Боге и Его домостроительстве, но с материей от мистических созерцаний не происходит ровным счетом ничего.

Но как истинный сын восточного богословия Яннарас не видит и не хочет видеть этого несоответствия представлений с реальностью. И по принципу – если реальность расходится с «истинным пониманием» – тем хуже для реальности, он отрицает науку как инструмент соработы человечества с Богом в материальном космосе, возлагая все упования на будущее – то ли преобразование материи само-собой по мере восстановления общения человека с Богом, то ли деятельность Самого Бога по преобразованию материи, минуя участие человечества. И потому наряду с грандиозной картиной мироздания, в котором субъекты взаимодействуют через материю (а точнее информацию в материальном космосе), я читаю

Различие между апофатизмом личности и апофатизмом сущности не ограничивается рамками умозрения, но представляет и составляет две диаметрально противоположные позиции духа, два разных модуса жизни; наконец, две разные цивилизации. С одной стороны, истина как жизнь основывается на отношении, а также на экзестенциальном опыте. Истина осуществляется как динамика жизненного общения, а жизнь утверждается как тождество быть истинным и быть в общении. С другой стороны, истина отождествляется с интеллектуальными определениями, объективируется, подчиняется утилитарности, и эта, ставшая утилитарной, истина объективирует саму жизнь, превращает ее в технологическую истерию, в мучение и отчуждение человека
Христос Яннарас. Личность и Эрос.

Отныне они уже не «вещи», а «предметы потребления»; предметы пользования, а не отношения. В соответствии с этим, машина – по крайней мере в том виде, в каком она известна в рамках западной технологии – в корне подрывает личностную истину о человеке и мире, отрицает онтологический характер библийной инаковости. Это происходит в той мере, в какой машина есть материализованное выражение определенной позиции человека по отношению к миру; позиции, нацеленной не на отношение с миром, а на подчинение мира безличным потребностям и желаниям индивида).
Христос Яннарас. Личность и Эрос.

В границах естественного созерцания, то есть нравственного усилия по достижению личного отношения с миром, становится понятным учение греческих отцов о человеке, концентрирующим в себе тварный мир.
Христос Яннарас. Личность и Эрос.

Видать все же понравилось человечеству «мучение и отчуждение», что то назад в пещеры никто не спешит. Да думаю и сам автор этих строк не в пещере живет, не в шкурах ходит и не на ишаках передвигается. И есть у него компьютер, Интернет, и прочие блага каинистской проклятой западной цивилизации. Но мечта, мечта – о сверхъестественных личностных взаимодействиях табурета с человеком, ну как отказаться от этой мечты, сведя все к каким то там жалким гвоздям с молотком, фи, какая проза.

В результате, как верно подмечено, Бог «изгоняется» из мира, переносится на «небеса» - в иное пространство, недоступное человеку в опыте. Граница между этим божественным Сущим и реальностью мира совпадает с той границей, которая проходит между познаваемым и непознаваемым, эмпирически существующим и эмпирически несуществующим, чувственной реальностью и рассудочным постижением. Таким образом освобождается пространство для господства человека в низшей сфере – в природе и в Истории. Человек истолковывает мир и подчиняет его при помощи индивидуальной способности мышления. Предметность мира и Истории рационалистически организуется таким образом, чтобы служить независимости человеческих потребностей и желаний. Очевидно, что именно такая позиция служит основанием самого феномена современной технологии.
Христос Яннарас. Личность и Эрос.

Так познание природы начинает служить исключительно технике. Критерий полезности превращает мир в безличный предмет, насилует природу ради подчинения ее человеческим потребностям и желаниям. Мир утрачивает личностное измерение; логос мира перестает быть проявлением личной Энергии Бога. Отныне Бог решительно отделяется границей, проходящей между тварной и нетварной онтическими сущностями, между эмпирически познаваемым и эмпирически непознаваемым, между чувственно измеримой реальностью и рациональным допущением. Теперь ничто не препятствует человеку всеми рациональными и техническими средствами утверждать собственное господство над истиной, объяснять и подчинять себе мир с помощью индивидуального разума.
Христос Яннарас. Личность и Эрос.

Либо личность обретает свободу по отношению к природе, а природа превосходит себя в динамике личного отношения, заполняющего пропасть природного апостаза мира и Бога; либо природа обретает автономность вне Бога
Христос Яннарас. Личность и Эрос.

Но граница между сознающим и непознаваемым разумом и методами науки субъектом и познаваемым научными методами материальным объектом – это реальная граница, она существует в реальности, а не есть вымысел богословов, ни на востоке, ни на западе. Ибо в реальности существуют три онтологически разные, не сводимые одна к другой реальности – субъект, материя, информация. И для каждой из этих трех реальностей существуют свои способы взаимодействия и свои способы постижения, как внутри, так и между ними. И чтобы Бог не изгонялся на запредельные небеса, надо Его просто из жизни не изгонять, надо просто осознать, что наша жизнь, то что мы фактически каждый день делаем, то, чем фактически занято человечество от момента своего возникновения – есть искаженная грехопадением, но соработа с Богом в материальном творении, по поддержанию, развитию и совершенствованию этого творения. И задача религии – как раз вернуть Бога в эту соработу, чтобы соработа эта, которая все равно была, есть и будет, которую не отменить, ибо она есть воля Божья для человечества, чтобы соработа эта выполнялась как служение Богу, а не как служение удовлетворению собственных потребностей. То есть на истинно человеческом уровне, а не на том животном уровне, на котором она сейчас выполняется и о котором верно и пишет Яннарас. Но богословские фантазии о личностном взаимодействии с нами табуретов здесь не помогут, равно как и богословские фантазии о том, что нам достаточно лишь спастись, все остальное в материальном космосе за нас сделает Бог. Не сделает, и не надейтесь. Нам надо сейчас лишь одно – избавиться от фантазий, последствий древней философской ошибки, и отдать Богу- Богово, а табуретам – табуретово, и не подходить к Богу как к табурету с циркулем, равно как и не ждать от табурета личного с нами взаимодействия, как от сознающего субъекта. Табурет не личность, у него личных взаимодействий не бывает, равно как не бывает их и у информации, это фантазии чистейшей воды. Гениальные – в начале человечества, и недопустимые – в наше время.

Православная космология есть нравственное жизненное усилие, имеющее целью утвердить (в практике аскезы) личностное измерение мира и личностную неповторимость человека. Она могла бы стать, в рамках западной цивилизации, радикальной программой общественного, политического и культурного изменения. Но эта программа не поддается объективации в терминах безличной стратегии. Она всегда остается возможностью личного открытия, то есть покаяния – метанойи, а также содержанием церковного провозвестия и практикой православного культа.
Христос Яннарас. Личность и Эрос.

Но кажется тем, кто столь в этом уверен, наверно надо не к западной цивилизации с призывами обращаться, а показать этой западной цивилизации реальный пример отказа от извращенных плодов ее извращенного понимания. И показать реальные благодатные плоды понимания восточного неизвращенного. В Богословии – да, плоды такие есть, и есть что показать. А вот в материальном космосе – извините, не видать что то плодов, приходится западными пользоваться, в том числе и авторам подобных текстов. Но как говорится – на нет и суда нет.
Subscribe

  • ПЕСНИ БАБУШКИ ОЛИ

    ПЕСНИ БАБУШКИ ОЛИ 2. ***Песни*** и «мысли» *** хата моя стоїть нагорі десь високо під небом люди внизу ходять сумні але мені до них не треба…

  • ПЕСНИ БАБУШКИ ОЛИ

    ПЕСНИ БАБУШКИ ОЛИ 1. Карантин зимой в САДУ Все началось с вопроса… точнее еще раньше. Когда бабушка Оля, которая тога еще была не бабушка, а просто…

  • Богословие для верующих и неверующих

    Богословие для верующих и неверующих В карантине на балконе на четвертом этаже среди уходящих вверх ветвей деревьев который я называю САД получила…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 50 comments

  • ПЕСНИ БАБУШКИ ОЛИ

    ПЕСНИ БАБУШКИ ОЛИ 2. ***Песни*** и «мысли» *** хата моя стоїть нагорі десь високо під небом люди внизу ходять сумні але мені до них не треба…

  • ПЕСНИ БАБУШКИ ОЛИ

    ПЕСНИ БАБУШКИ ОЛИ 1. Карантин зимой в САДУ Все началось с вопроса… точнее еще раньше. Когда бабушка Оля, которая тога еще была не бабушка, а просто…

  • Богословие для верующих и неверующих

    Богословие для верующих и неверующих В карантине на балконе на четвертом этаже среди уходящих вверх ветвей деревьев который я называю САД получила…